- 2 -
А так хотелось заслонить собою.
От всех печалей, бед Его избавить.
И то, что предназначено судьбою,
Хоть как-то изменить, как-то исправить.
Утром, проснувшись, побежит вприпрыжку
Где детский смех и где ребячьи крики.
Казалось-бы, вот ведь простой Мальчишка,
Но предначертан путь Ему великий!
Пришел в наш мир Он вовсе не для трона.
Спасти! Чтоб не попали мы в гиену.
И ждет Его не царская корона.
Венок терновый на Него оденут.
На крест поднимут на горе высокой...
Малыш.....От мысли этой сердце сжалось.
Как оградить Тебя от мук жестоких?
А до Голгофы тридцать лет осталось.
Всего лишь тридцать до того мгновенья,
Когда от боли уж не видя света,
Пойдешь на крест, чтоб подарить спасенье
всем людям, кровью заплатив за это.
Ты мирно спишь пока еще, но все-же
Тучи сгущаются уже над головою.
Как-бы хотелось мне, поверь, мой Боже,
Весь этот скорбный путь пройти с Тобою.

Уснула быстро. За одно мгновенье.
А после то спала, то просыпалась.
И было ночью у меня видение,
Которое мне явью показалось.
Мне чудилось, что встала я с постели
И вдруг увидела, ничуть не удивляясь,
Передо мною, в детской колыбели
Спал чудный Мальчик, нежно улыбаясь.
Его узнала с первого мгновенья.
Это был ОН! Мне сердце подсказало.
Была готова так стоять весь день я.
Да что там день - всю жизнь! И было-б мало.
А за окошком где-то пели птицы.
И трели их переливались звонко.
Стояла я, боясь пошевелиться,
Боясь нарушить тихий сон ребенка.
-1-

Жили два близнеца в материнской утробе,
И другому один как-то высказал мысль:
«А ты знаешь, мне кажется, есть после родов
Удивительная и прекрасная жизнь!»
И другой, потянувшись под маленьким сводом,
Тут улыбки беззубой своей не сдержал:
«Это просто смешно – верить в жизнь после родов», –
Брату верующему в ответ он сказал.
«Как, по твоему, жизнь может выглядеть эта?»
«Я не знаю, как точно», – близнец отвечал.
«Но мне кажется там, на земле, больше света,
Я однажды во сне этот свет увидал!


«А мне кажется, брат, – первый не унимался,
Что когда-нибудь сможем увидеть мы Мать,
И мы временно здесь, чтобы мало-помалу
К жизни той, после родов, готовыми стать!»
Я, конечно, не знаю, как все это будет,
Но мы, может, своими ногами пойдем!
И еще, правда, это похоже на чудо,
Но, возможно, что мы даже есть будем ртом!»
«Ерунда, вот уж это никак не возможно!
Наша жизнь-пуповина и так коротка!
А ногами ходить – и представить-то сложно!
Нет, не сможем ходить мы ногами никак!
И оттуда никто еще не возвращался,
Что за бред у тебя, братец мой, на уме?!
Все закончится родами – не обольщайся!
Наша жизнь – это только страданье во тьме!»


Брат неверующий лишь качал головою:
«Верить в Мать – это просто за гранью идей!
Я не вижу её, значит, нет ее вовсе.
Ну, скажи, если умный, скажи, Она где?!»
«Как ответить тебе, братец, даже не знаю!
Но я чувствую сердцем заботу Её!
И ночами, когда все вокруг затихает,
Она гладит наш мир и тихонько поет...
Все наполнено Ею, и радость такая,
Словно в Ней пребываю, и Ею живу!
И хоть точно про жизнь после родов не знаю,

Но я верю, что будет она наяву!..»

ЛИЛИИ И ТЕРНИИ
*
«Что лилия между тёрнами,
то возлюбленная моя между девицами»
П. Песн. 2:2
Шёл путник по тропинке горной.
Вдруг белоснежностью цветок,
Растущий средь колючек тёрна,
Его внимание привлёк.
Склонившись низко над оврагом,
Цветком залюбовался он:
Так нежно в окруженье вражьем
Цветок был светом обрамлён.
Со снежной схожа белизною,
С прожилками на лепестках,
Стояла лилия под зноем,
Светясь в играющих лучах.
Пленённый лилией прекрасной,
Спускаться путник стал за ней.
И руки, и лицо изранил
Шипами тёрна и камней.
Добыв цветок желанный, путник
Его к груди своей прижал
И аромат вдыхая чудный,
Свой путь в довольстве продолжал.
Великий Бог - Творец и Зодчий,
Вселенский космос основал
И, возлюбив творенье очень,
Ему в наследье землю дал.
Но грех-бунтарь сердца людские
Испачкал мерзкой чернотой:
Желанья чистые, благие
Низвёл до чувственности злой.
Но с высоты святой, небесной
На землю скорби и страстей
Сын Божий в кротости чудесной
Сошёл Спасителем людей.
Был тернами Христос увенчан:
Нарцисс Саронский был в шипах,
Чтоб лилии земли, как свечи,
Сияли там, где грех и прах.
Средь плотких терний безобразных
Он лилии Свои искал.
Изведав боль, позор и раны,
Их из расщелин извлекал.
И красоту прекрасных лилий
Великий Царь Любви - Христос
В миру хранит от злостной пыли,
От бурь губительный и гроз.
По всем местам земли суровой:
В горах и в поле, и в садах –
Все лилии – цветы Христовы
И ценны в Божиих очах.
Святые Божьи! Пастырь Верный
Нас с белой лилией сравнил.
Стоим мы среди мира терний,
Как первоцвет Господних нив.
И через нас Первосвященник
Благословенье подаёт,
Чтоб радостию совершенной
Исполнен был Его народ.
Чтоб беспокойства и печали
Не знало Божие дитя,
Благословением венчает
Его чело Любовь Христа.
Тёрн – это нечестивых символ,
Проклятия колючий плод.
Настанет день, и огoнь сильный
Тёрн мира гордого сожжёт.
Ужасно тёрном быть душою,
Слугой быть князя темноты
И за пучок страстей грошовых
Отдать букет блаженств святых.
И видя лилии во круге –
Живые души Божьих чад,
Из них «творить» глупцов и пугал,
Тем отвергая Благодать.
Ведь лилия – спасённых символ,
Благословенный Божий плод.
Все лилии во Имя Сына
Отец в Небесный Сад возьмёт.
Тёрн ранит, лилия врачует.
Тёрн - груб, а лилия – нежна.
Тёрн ненавидит и враждует,
Но миром лилия полна.
Быть лилией – сама приятность.
И если ты –Христианин,
Пусть будут кротость, мягкость, святость
В тебе видны в любые дни.
Пусть видит тёрн, растущий рядом,
Жизнь посвящённую твою.
Быть может, он приемлет правду
И встанет в Божием ряду.
Ты - лилия Христа, и значит –
В тебе Его смиренный дух.
Свети средь терний – не иначе
Во славу Бога, к благу душ.

-2-
Обняв Его святые ноги
Я громко плакал и рыдал
И что-то говорил о Боге
И снова, снова повторял
Не в красноречии словах,
Но с благодарностью в слезах
Я говорил слова простые
Но с тихой грустью прозвучал вопрос:
«А где же остальные?»,
Мне стало больно, в этот миг
Я вспомнил вдруг об остальных
Я вспомнил как они просили
Но чтоб придти к Нему склониться
Склонить сердца свои и лица
Со мною вместе, позабыли
Вздохнув меня Он отпустил
Но перед тем благословил
И как на крыльях я потом
Летел обратно в отчий дом
Отчасти я летел как птица
Я представлял родные лица
Восторги, встречи и объятья
Отца и матери, и братьев
И крики, радость на устах
И слёзы счастья на глазах
И снова слилось всё в одном
Скорей в родной вернуться дом
Вот и пришёл я, но а там
Родные в первое мгновенье
Своим не верили глазам
Глядя с великим изумленьем
Не передать мне радость их
Знакомых и друзей моих
Немного времени спустя
Желанье крепкое меня
Подняло в путь в Иерусалим
Где перед Господом Святым
Мне захотелось помолиться
В великом Храме преклониться
Воздать хвалу Творцу и богу
И снова в дальнюю дорогу
В великий город я пошёл
Мой путь мне вс? напоминал
Те дни и страшные мгновенья
Когда от жуткого мученья
Я постепенно умирал
Вот место то где я молился
Где с болью Бога умолял
Чтоб Он к мольбе моей склонился
И смерть скорее мне послал
Но вот в дали к глазам моим
Предстал с величьем Святым
Наследье древнее отцов
Краса земли Иерусалим
Он вновь стоит передо мной
И я смешавшийся с толпой
К нему как прежде приближался
С народом вместе я спешил
Но был немного удивлён
Когда подняв свои глаза
Вдали увидел три креста
Кто там был распят, я не знал
И поскорее поспешил
И тихо у людей спросил:
«Кого там на кресте распяли?»
Но только мне не отвечали
Потом лишь прошептал один,
«То Царь Мессия, Божий Сын»
Я верить не посмел ушам,
Ушам не смог, но вот глазам
Возможно разве позабыть, Его лицо,
Лицо родное,
На столько близкое Святое
Взять оплевать Его, избить
И застонал я «Боже Мой,
Что они сделали с Тобой?»
Кто мог пробить гвоздями руки Твои
Кто мог Тебя казнить
Когда Ты жизнь умел дарить
Но а теперь
От страшной муки
Ты жизнь бесценную отдал, кому?
Толпе людей презренной
Кто только что тебя поднял
В мученье страшном над вселенной
Мой взор туманился от слез
Я застонал: О мой Христос!
И больше говорить не мог
Лишь повторял себе «О Бог»
Сплетённый с терния венец
Чело язвил, но вздрогнул я
Когда в небес простор глядя
Он закричал: «Отец,
Отец, зачем оставил Ты Меня?»
Померкло солнце, тьма сошла
Народ бежал, остался я
Откуда взялось то томленье
В душе и сердце, я не знал,
Но приклонив свои колени
Сквозь слёзы, с болью прошептал
«Господь Мой бог, Творец вселенной
В молитве слабой, но священной
Внемли, внемли в Святом величье
Когда весь мир земных людей
С холодным, мрачным безразличьем
Распял Христа, Царя царей
Когда о смерти я взывал
Он, Он вместо смерти
Жизнь мне дал
И жизнь эту принимая, её Тебе я возвращаю
Навек отныне Боже Мой,
Я раб Христов и раб я Твой» *
Павел Шавловский

ПРОКАЖЕННЫЙ
Господь мой Бог Творец вселенной
В молитве слабой и презренной
Внемли, внемли в святом величье
Когда весь мир земных людей
С холодным, мрачным безразличьем
В глубокой горечи моей, проклял меня
Изгнав в пустыню
Где я страдаю и до ныне
Несчастный жребий свой влача
Где жизнь гаснет как свеча
Где постепенно умирая
Мольбой смиренною взывая,
Губами тихо шевеля
И мокрыми от слёз глазами
В ночную высь небес глядя
Творец о милости прошу
Нет мне не нужно всяких благ
Хоть я и болен, нищ и наг
Но умирая постепенно
Проказой страшной поражён
Молю, услышь мой слабый стон
Пошли мне смерть, но смерть мгновенно
Пошли мне смерть без всяких мук
Прервав мучительнейший круг
Мне будет сладким утешеньем
Навеки с ней уйти в забвенье
Прости кощунственное слово
Что я Тебе сейчас сказал,
Но я надежду быть здоровым
Тебе признаюсь потерял
Мерцали серебром светила
Молчала ночь, замолк и я
Болезнь снова с большой силой
Жестоко мучила меня
Душа усталая стенала
Как будто вырваться желала
От изнурительных объятий
Вдали уснув лежали братья
Несчастья горького друзья
Им сон короткого мгновенья
На миг дарил успокоенье
Поднялось солнце, день настал
Что он нам даст
Никто не знал
Друзья поднявшись в путь пошли
Я как и прежде отставал
Картиной мрачного конца
Врывались снова к нам в сердца
И как и раньше жаркий зной
Полил нас всех и мне порой
Казалось жизнь жестоким сном
Клубком мучений, но потом
Я с удивлением заметил
Что нас в дороге кто-то встретил
Его в пути остановил
Тяжёлый вопль моих друзей
Я к ним скорее поспешил
Их крик о помощи молил
«О Иисус, о Сын Давидов»
Они вторили каждый раз
«О исцели, помилуй нас»
Не вдалеке от нас стоял
И с состраданием молчал
Какой-то путник, я не знал кто Он
И так же не посмел кричать
С друзьями, только взглядом
В надежде вставши с ними рядом
Смотрел с мольбой Ему в глаза
И взор Его внезапно встретив
Я вздрогнул вдруг, когда заметил
С какою нежной теплотой
Он на меня смотрел так просто
А в сердце боль проникла остро
Как будто в чём-то виноват
Ведь в душу вникнул этот взгляд,
Где всё узрел и прочитал
И в скрытом сердце он узнал
Когда Творца Небес о смерти
Я тёмной ночью умолял
Он видел всё и то проклятье
О чём Ему хотел сказать я
Но нужных слов не находя
Он и без них понял меня
«Скорей идите покажитесь
Священнику», И мы ушли
Но я друзья уже в пути
Спросил о Нём
«Кто Он, скажите?»
Из них ответил мне один
«То Царь Мессия, Божий Сын»
Мне не понятно до сих пор
Как это всё произошло,
Но боль, страданья и позор
Внезапно, мигом всё ушло
В себе почуяв исцеленье
Я замер в сильном изумленье
Исчезли мигом сердца муки
Здоровы! Тело, ноги, руки
И крик взлетел в небес покров
Творец, Творец Мой я здоров
Горло сжалось
В слезах потоками прорвала
Всё что в душе своей имел
Мне трудно это объяснить
К стыду скажу, я не умел
Я не умел благодарить
Кричали, плакали друзья
Со мною вместе, но, а я
В неописуемом волненье
Обратно быстро побежал
Я знал что делал, да я знал
Я побежал тогда к Мессии
И он меня как будто ждал.
-1-

Ты люби, когда люди обидят,
Словом колким по сердцу кольнут.
Слёз твоих пусть они не увидят,
Но любовь... и всё сразу поймут.
Ты люби, когда кто-то унизит
И насмешливо прочь оттолкнёт.
Ты смирись, а Спаситель возвысит,
Утешенье и радость пошлёт.
Ты люби, когда мир отвергает
И поносит за имя Христа.
Сам Иисус нас любить призывает,
Не роптать на пути никогда.
Вспомни, как Он Голгофскою жертвой
Нам спасенье навеки купил.
Как молитвой молился предсмертной,
Чтобы Бог нам грехи все простил.
Ты терпи, когда путь твой тернистый
Ляжет узкой тропой среди скал.
Для того, чтоб надежды лучистой
Огонь яркий в душе полыхал.
Ты люби, когда трудно порою,
Когда вовсе не можешь любить.
Бог любви да пребудет с тобою
И поможет любовь возрастить.

Теплый, тихий, ясный вечер
Гаснет в поле над буграми;
Сквозь кадильный сумрак свечи
Жарко тлеют в темном храме.

Сквозь кадильный сумрак лица
Смотрят набожней и строже.
Чуть мерцает плащаницы
Тонко вытканное ложе.

От лампад ложатся блики
На узор иконостаса,
Освящают нежно лики
Божьей Матери и Спаса.

Дым кадильный, как волокна...
И от близости святыни
На душе светло... А в окна
Кротко смотрит вечер синий.

НЕБЕСНЫЙ ПОЕЗД
Девочка из детского приюта,
Села в поезд в городе одном.
Поезд был обычного маршрута,
У неё же путь в небесный дом.
К дальнему купе подходит крошка.
Здесь свободней, смотрит, где бы сесть.
И её сажают у окошка,
Лет ей было пять, быть может, шесть.
Узелок при ней, оттуда ушко
Бархатное зайчие торчит.
То её любимая игрушка
С ней она играет, с ней и спит.
Поезд долго шёл полями хлеба,
За окном лишь степь да степь видна.
“Поезд ну иди скорей на небо”-
Девочка шептала у окна.
Входят люди, форменно одеты,
Слышится служебный разговор.
Просят приготовить всех билеты,
И в купе заходит ревизор
Он идёт, билеты проверяет,
Их купе кончается вагон.
Детского билета не хватает:
“Чей ребёнок?”- спрашивает он.
Смотрят все недоумённым взглядом,
И молчат, не зная что сказать.
Думали в вагоне где-то рядом
Едут с ней её отец и мать.
Ревизор к ребёнку обращает свой вопрос:
- “Ты с кем, где твой билет?”
Девочка спокойно отвечает:
- “Дядя у меня билета нет.
Я одна на небо еду к маме,
Мама будет там меня встречать.
Дядя, удивлёнными глазами,
Смотрит на неё, c чего начать
Разговор с ребёнком о билете…
Сел с ней рядом начал говорить:
“Девочка, и взрослые, и дети
На земле всегда должны платить!”
“Дядя, этот поезд ведь небесный!
За меня Иисус уж заплатил!
Моя мама часто пела песни
Про Него, пока хватало сил.
Мама всё болела и лежала,
А когда уж не могла вставать
Перед смертью мне она сказала
Что меня на небе будет ждать
Вы со мной хотите в небо, дядя?”-
Вопросили детские уста.
И в вопросе том и в светлом взгляде
Поняли в купе - то зов Христа.
Как посланник неземного мира
Был ребёнок этот среди них.
Ревизор, и господа, и дамы
Не скрывали набежавших слёз.
Голосом глухим, с заметной дрожью,
Ревизор лишь смог произнести:
“Мы туда, дитя, поедем позже,
А пока придётся нам сойти.”
Взрослые и юные, внемлите!
К вам взывают эти голоса.
Верьте во Христа и заходите
В поезд, что идёт на небеса.
автор:неизвестен

ЛИЛИИ И ТЕРНИИ
*
«Что лилия между тёрнами,
то возлюбленная моя между девицами»
П. Песн. 2:2

Шёл путник по тропинке горной.
Вдруг белоснежностью цветок,
Растущий средь колючек тёрна,
Его внимание привлёк.
Склонившись низко над оврагом,
Цветком залюбовался он:
Так нежно в окруженье вражьем
Цветок был светом обрамлён.
Со снежной схожа белизною,
С прожилками на лепестках,
Стояла лилия под зноем,
Светясь в играющих лучах.
Пленённый лилией прекрасной,
Спускаться путник стал за ней.
И руки, и лицо изранил
Шипами тёрна и камней.
Добыв цветок желанный, путник
Его к груди своей прижал
И аромат вдыхая чудный,
Свой путь в довольстве продолжал.

Великий Бог - Творец и Зодчий,
Вселенский космос основал
И, возлюбив творенье очень,
Ему в наследье землю дал.
Но грех-бунтарь сердца людские
Испачкал мерзкой чернотой:
Желанья чистые, благие
Низвёл до чувственности злой.
Но с высоты святой, небесной
На землю скорби и страстей
Сын Божий в кротости чудесной
Сошёл Спасителем людей.
Был тернами Христос увенчан:
Нарцисс Саронский был в шипах,
Чтоб лилии земли, как свечи,
Сияли там, где грех и прах.
Средь плотких терний безобразных
Он лилии Свои искал.

Изведав боль, позор и раны,
Их из расщелин извлекал.
И красоту прекрасных лилий
Великий Царь Любви - Христос
В миру хранит от злостной пыли,
От бурь губительный и гроз.
По всем местам земли суровой:
В горах и в поле, и в садах –
Все лилии – цветы Христовы
И ценны в Божиих очах.
Святые Божьи! Пастырь Верный
Нас с белой лилией сравнил.
Стоим мы среди мира терний,
Как первоцвет Господних нив.
И через нас Первосвященник
Благословенье подаёт,
Чтоб радостию совершенной
Исполнен был Его народ.

Чтоб беспокойства и печали
Не знало Божие дитя,
Благословением венчает
Его чело Любовь Христа.
Тёрн – это нечестивых символ,
Проклятия колючий плод.
Настанет день, и огoнь сильный
Тёрн мира гордого сожжёт.
Ужасно тёрном быть душою,
Слугой быть князя темноты
И за пучок страстей грошовых
Отдать букет блаженств святых.
И видя лилии во круге –
Живые души Божьих чад,
Из них «творить» глупцов и пугал,
Тем отвергая Благодать.
Ведь лилия – спасённых символ,
Благословенный Божий плод.

Все лилии во Имя Сына
Отец в Небесный Сад возьмёт.
Тёрн ранит, лилия врачует.
Тёрн - груб, а лилия – нежна.
Тёрн ненавидит и враждует,
Но миром лилия полна.
Быть лилией – сама приятность.
И если ты –Христианин,
Пусть будут кротость, мягкость, святость
В тебе видны в любые дни.
Пусть видит тёрн, растущий рядом,
Жизнь посвящённую твою.
Быть может, он приемлет правду
И встанет в Божием ряду.
Ты - лилия Христа, и значит –
В тебе Его смиренный дух.
Свети средь терний – не иначе
Во славу Бога, к благу душ.