Все это было следствием падения. Прежде этого Петр все приписывал себе, говоря: “Если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь … *хотя бы надлежало мне и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя”, тогда как надлежало бы сказать: если получу от Тебя помощь. Но после падения он говорит совершенно противное: “Что смотрите на нас, как будто бы мы своею силою или благочестием сделали то, что он ходит” (Деян. 3:12)? Отсюда мы научаемся той великой истине, что недостаточно бывает собственного старания человека, если он не получит высшей помощи; и наоборот, что мы не получим никакой пользы от высшей помощи, если не будет у нас собственного старания. То и другое доказывают Иуда и Петр. Первый, получивши много помощи, не получил никакой пользы, потому что не захотел, и не приложил собственного старания; а последний и при собственном старании пал, потому что не получил никакой помощи. Добродетель слагается из этих двух принадлежностей. Поэтому я умоляю, чтобы вы, предоставляя все на волю Божию, не предавались усыплению, и чтобы при собственном старании не думали, что вы все совершаете собственными трудами. Богу не угодно, чтобы мы были нерадивы, а потому Он не все сам совершает; равно не угодно Ему и то, чтоб мы были самонадеянны, вследствие чего не все нам дал, но, из того и другого, отнявши вредное, оставил нам полезное. Поэтому же попустил пасть и верховному апостолу, чтобы сделать его кротким и возбудить к большей любви. Кому больше, сказано, оставится, больше возлюбит (Лк. 7:47)".

Вопрос не в том, чтобы нам осуждать Иуду, а в том, зачем Господь принял его в число учеников, зная все наперед.
Ответ - Отсюда мы научаемся той великой истине, что недостаточно бывает собственного старания человека, если он не получит высшей помощи; и наоборот, что мы не получим никакой пользы от высшей помощи, если не будет у нас собственного старания. То и другое доказывают Иуда и Петр. Первый, получивши много помощи, не получил никакой пользы, потому что не захотел, и не приложил собственного старания; а последний и при собственном старании пал, потому что не получил никакой помощи.

Отец Вячеслав, огромный Вам спасиб *:-D *(F) за нужные толкования, как всегда!!!!!!:-$ (Y)

Без Меня не можете творити ничесоже....
Надеюсь, не сфальшивила текст?(dt) *-) А то по памяти...

А что же нам мешает быть в правильном самосознании?

Окаменение сердца.....От собственной самодостаточности и уверенности в себе, при отсутствии покаяния... Часто это происходит при принятии Причастия без должного внимания к себе, то есть без осознания своих грехов....А без этого к Чаше подходить нельзя... Иначе возвернемся к поступку Иуды....собственными усилиями

Отцы и учители Церкви, а также современные русские и западные писатели в своих суждениях по вопросу «был ли Иуда приобщен на Тайной Вечери Тела и Крови Господа Иисуса Христа?» делятся на три группы:

I. Первого мнения о том, что Иуда был приобщен Тела и Крови Господней, держится свт. Иоанн Златоуст. Он говорит: «О, как велико ослепление предателя!Приобщаясь Тайн, он оставался таким же и, наслаждаясь страшной трапезой, не изменился. Это показывает Иоанн (Ин.13:27), когда говорит, что после этого вошел в него сатана, не потому, что пренебрегал Телом Господним, но издеваясь над бесстыдством предателя. Грех его велик был в двояком отношении: и потому,что он с таким расположением приступил к Тайнам, и потому, что, приступив, не вразумился ни страхом, ни благодеянием, ни честью. Христос не препятствовал ему, хотя и знал все, чтобы и ты познал, что Он не оставляет ничего, что служит к исправлению.
Поэтому и прежде, и после этого непрестанно вразумлял и удерживал предателя и словами, и делами, и страхом, и угрозами, и честью, и услугами. Но ничто не предохранило его от жестокого недуга».

Архиепископ Филарет, на основании слов Спасителя «пейте из нее все» (Мф. 26: 27) и замечания евангелиста «и пили из нее все» (Мк. 14: 23), думает, что, и предатель Иуда был приобщен Тела и Крови Христа на вечери.

Дидон, в своем сочинении «Иисус Христос», говорит: «Будучи свидетелем торжественного выражения любви своего Учителя, Иуда спокойно принял из рук Иисуса хлеб, о котором Он сказал: «сие есть Тело Мое, которое за вас предается»; и пил из чаши, о которой Иисус сказал: «сия бо есть Кровь Моя, Нового Завета»: Черствая душа предателя неспособна к раскаянию; она закрыта для любви. Такое упорство пред святой любовью вызвало у Иисуса невольное восклицание: «И вот, рука предающего Меня со Мною за столом» (Лк. 22: 21) и т.д.. Ясно, что Евхаристия, по Дидону,установлена Христом до обличения Иуды в предательстве.

Преподобный Косма, епископ Маиумский (VIIIв.), говорит: «Злоименитый Искариот, преднамеренно забыв закон любви, на предательство подвигнул ноги, которые были омыты; и евши Твой хлеб, Божественное Тело, поднял пяту на Тебя, Христе... Бессовестный принял Тело,очищающее от греха, и Божественную Кровь, изливаемую за мир; не устыдился же он пить то, что продал за цену, не погнушался зла»

Вообще, по нашим церковным песнопениям представляется, что Иуда принимал участие в Святой Евхаристии на Тайной Вечери. Господь, дивный в человеколюбии, не лишил Святого Причащения и Своего злочестивого предателя, желая смягчить ожесточенную душу его: по выражению церковных песнопений, Иуда,оставаясь «неисправленным», тая в себе «нрав несытный и дерзость бесчеловечную», и, будучи «по виду учеником, а на самом деле убийцею», с ужасным «бесстыдством» простирал к приятию хлеба нетления те самые руки,которыми уже получил цену предательства, и пил Божественную Кровь устами своими «льстивно».

Блаженный Августин, укоряя «невнимательных читателей», которые в куске, поданном Иуде (Ин. 13:26), видят Святое Тело, говорит, что «Господь раздал уже Тайны Своего Тела и Крови всем ученикам, когда был с ними Иуда, как рассказывает Лука; «и после этого Он, обмакнув кусок», как говорит Иоанн, «подал предателю». «Петр и Иуда получили тот же самый хлеб, но Петр к жизни, а Иуда к смерти».

Ясное указание на то, что Иуда недостойно принял, Тело и Кровь Иисуса Христа, мы находим у блаженного Иеронима, Псевдо-Иеронима, Бэды и др.

Псевдо-Иероним говорит, что «Иуда пьет (чашу) и не удовлетворяется, не может угасить жажды вечного огня, потому что он недостойно приступает к Тайнам Христа».

Бэда пишет: «Горе тому человеку, —сказал Христос, — которым Сын Человеческий предается... Но горе также и тому человеку, который, приступая недостойно к Трапезе нашего Господа, по примеру Иуды, предает Сына не иудеям, но грешникам, т.е. своим собственным греховным членам».

II. Ко второй категории принадлежат лица, отождествляющие «кусок хлеба», поданный Иуде (Ин. 13:26), с Евхаристийным хлебом. При этом Чашу Нового Завета, на основании выражения евангелиста Луки после вечери (Лк. 22:20), отделяют от хлеба значительным промежутком времени из-за того, что Евхаристийный хлеб преподан был во время самой вечери, когда они ели (Мф. 26:26).

Такой переходный взгляд устанавливает,хотя и нерешительно, преп. Феофилакт. Он говорит: «И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: «приимите, ядите: сие есть Тело Мое». Выражение «когда они ели» присовокупил евангелист для того, чтобы показать бесчеловечие Иуды: если бы он был зверем, то и тогда должен бы смягчиться, ибо вкушал одну пищу с одной трапезы, а он, между тем, и будучи обличаем, не пришел в себя; мало того, даже причащаясь Тела Христова, не раскаялся. Впрочем, некоторые говорят, что Христос преподал Тайны Своим ученикам тогда, когда Иуда вышел».

Автор De Coena Domini в творениях Киприана выражается об Иуде, как причастившемся одного Тела Христова в таких словах: «Когда его (Иуды) вероломная душа соприкоснулась со священною пищею, и освященный хлеб вошел в его нечестивые уста, то душа его, отцеубийцы,не вынесшая силы столь великого Таинства, подобно мякине, разнесенной ветром с гумна, тотчас же поспешила удалиться».

Ориген (in loan. XXXII),сказав о сатане, который *''вошел в Иуду по получении им куска хлеба, продолжает: «С достаточным основанием, без сомнения, возможно *отсюда заключать, *что *кто недостойно *ест Хлеб Господа и пьет Чашу Его, тот ест и пьет в свое осуждение; потому что одна и та же высшая сила, присущая в Хлебе и Чаше, служит во благо, когда принимается с добрым расположением сердца, и в осуждение, когда с худым расположением. Кусок, данный Иисусом, был одинакового свойства (природы) с тем, который дан и остальным апостолам с произнесением слов: приимите, ядите; но им послужил во спасение, а Иуде в осуждение, так как, и по хлебе тогда вниде в онъ сатана'".

III.Третий взгляд о том, что Евхаристия установлена была Христом после ухода Иуды с вечери, поддерживается большинством писателей, как древних, так и позднейших.
Так, Гилярий ясно говорит,что Иуда не присутствовал при установлении Таинства Евхаристии. «Пасха начинается с того момента, – объясняет он, – когда Христос взял Чашу и преломил хлеб, без Иуды предателя. Тот не должен был пить с Господом, кто не имел права пить в Его Царстве, в котором будут пить после все те, кто пил от плода виноградного. Пасха закончилась взятием Чаши и преломлением хлеба без Иуды,потому что он был недостоин приобщения вечных Тайн. А что он оставил их, это мы видим из того, что он возвратился со множеством».

Такого же взгляда держится Тациан (II в.). В своем Диатессароне удаление Иуды ставит он раньше евангельских повествований об установлении Таинства Евхаристии.

За Тацианом следуют Ефрем Сирин и Афраат, пользовавшиеся его Диатессароном. Первый объясняет даже, почему Христос обмакнул кусок хлеба, который подал Иуде. «Потому, – говорит он,– чтобы не дать ему с хлебом и завета (т.е. Таинства Евхаристии), омыл прежде хлеб и тогда дал ему... Жадность отлучила Иуду от совершенных членов Господа, так что и Спаситель ясно научил, что он (Иуда) – не от тела Его церкви, – но прах, приставший к ногам Его учеников...Таким же образом (т.е. как посредством умовения водою удалил пыль с ног учеников) Господь отделил Иуду от учеников посредством воды, когда дал ему хлеб, омоченный в воду (в блюдо с жидкой приправой); так как он не был достоин того хлеба, который вместе с вином давался двенадцати апостолам (термин«двенадцать» здесь, очевидно, имеет значение собственного имени), ибо не подобало, чтобы предавший Его на смерть посредством хлеба приял Того, Кто спас от смерти». Потом уже у Ефрема Сирина следует рассказ об установлении Евхаристии.

В Постановлениях Апостольских(кн. V, гл. 14) мы читаем: «Преподав же нам вместообразные Тайны драгоценного Тела и Крови Своей, когда Иуды не было с нами, Он вышел на гору Масличную».
Из древних писателей Аммоний разделяет тот же взгляд. Из позднейших писателей архиепископ Newcome, в своем сочинении Hormony ot the Gospels, устанавливает, что Иуда вышел прежде раздаяния хлеба и вина.

Архиепископ Иннокентий установление Таинства Евхаристии ставит также по удалении Иуды с вечери.

Профессор К.И.Скворцов говорит, что «с удалением Иуды наступил последний час вечери для Спасителя. Этот малый остаток времени Он благоволил употребить на научение, утешение и укрепление Своих учеников... Среди такой беседы (без Иуды) съеден был пасхальный агнец, и этим окончилась так называемая Пасхальная вечеря... По окончании этой вечери Иисус Христос взял квасный хлеб, благословил его, разломал и предложил Своим ученикам, говоря: Пришлите, ядите... сие есть Тело Мое, еже за вы даемо: сие творите в Мое воспоминание(Мк. 22:19)».

Такого же взгляда держится и епископ Феофан. Уверенность в том, что Евхаристия установлена Христом после ухода Иуды с вечери, высказывают почти все составители учебников по Закону Божию.
У Б.И.Гладкова мы читаем: «С уходом Иуды Господь почувствовал некоторое облегчение от угнетавшего Его смущения. Предатель ушел, и теперь уже никто и ничто не мешает Идущему на Крест дать последние прощальные наставления апостолам. Тогда Господь взял хлеб,благословил его, разломил на части и, раздавая апостолам, сказал: приимите, ядите» и пр.

дорогая циррозочка, подскажите, откуда вы брали материалы для последних сообщений, очень нужно.